94. Расправа афинян с восставшим на о. Лесбосе

№ 94. РАСПРАВА АФИНЯН С ВОССТАВШИМ НА о. ЛЕСБОСЕ
ГОРОДОМ МИТИЛЕНОЙ
(Фукидид, III, 362-3, 49 – 50)

Восстание и отложение города Митилены от Афинского морского союза было следствием противоречий между афинской рабовладельческой демократией и рабовладельческой демократией союзников. Афинское государство развивалось в том числе и на базе эксплуатации союзников, поэтому митиленским олигархам удалось захватить власть и отложиться от Афин. Они надеялись на помощь Спарты, заинтересованной в ослаблении и распаде Афинского морского союза. Афиняне решительными и быстрыми мерами подавили очень опасное для них восстание и произвели жестокую расправу на о. Лесбосе, не делая большого различия между олигархами и демократами, хотя митиленские демократы под конец содействовали успеху афинян. Следует обратить внимание на законопроект об истреблении взрослых мужчин и обращении в рабство всех митиленских женщин и детей. Также следует обратить внимание на вывод на о. Лесбос афинских клерухов из числа обедневших граждан.
… Относительно митиленцев афиняне стали совещаться. В гневе они решили казнить не только тех митиленцев, которые были в Афинах, но всех, достигших возмужалости, а детей и женщин обратить в рабство. Они вменяли митиленцам в вину как восстание вообще, так особенно то, что они возмутились, не будучи подчинены афинянам, подобно прочим союзникам. В весьма сильной степени вызывали возбуждение афинян и пелопоннесские корабли, которые, чтобы подать помощь митиленцам, дерзнули проникнуть в Ионию (Прим.: Иония – часть Малоазийского побережья Эгейского моря и прибрежные острова.), это показывало, что восстание задумано серьезно.
Итак, афиняне отправили триеру к Пахету (Прим.: Пахет – стратег, подавивший восстание митиленцев.) с известием о принятом решении и с приказанием скорее покончить с митиленцами. Однако на следующий день афиняне стали несколько раздумывать и приходить к убеждению, что решение погубить весь город, а не одних виновных, – сурово и жестоко. Находившиеся в Афинах митиленские послы и сочувствовавшие им афиняне заметили эту перемену и постарались уговорить должностных лиц (Прим.: Стратегов или пританов, очередных председателей совета 500 и народного собрания.) снова представить дело на обсуждение. Тем легче удалось им это, что и сами должностные лица ясно видели желание большинства граждан дать им возможность обсудить дело снова. Немедленно созвано было народное собрание, на котором разные лица высказали различные мнения. Выступил и сын Клеенета, Клеон (Прим.: Клеон – сын Клеенета или Клеонима, богатый, но не знатный афинянин, владелец кожевенной мастерской. Стратег, возглавивший после смерти Перикла многочисленную группу сторонников активного ведения войны против Спарты. Он руководил более радикально настроенными, чем сторонники Перикла, разорявшимися слоями афинского городского демоса, рассчитывавшими победой над Спартой поправить свое материальное положение. Фукидид, сторонник умеренной демократии и личный враг Клеона, называет его «наглейшим из людей», но не может не признать, что он пользовался большим авторитетом у народа (т. е. у афинских граждан).), тот самый, который провел прежнее решение о казни всех митиленцев. Это был вообще наглейший из граждан; в то время он пользовался величайшим доверием народа…
(Клеон продолжал настаивать на прежнем решении.)
… Афиняне перешли к обмену мнений; при открытой баллотировке за оба предложения высказалось почти равное число голосов, но все же одержало верх предложение Диодота (Прим.: Диодот – сын Евкрата, афинский гражданин, сторонник снисхождения к митиленцам, осуществивший свое право заявить об этом в афинском народном собрании.). Тотчас со всею поспешностью афиняне отправили другую триеру для того, чтобы раньше посланная триера не предупредила ее и чтобы до ее прибытия население города не было истреблено: первая триера вышла почти за сутки до второй. Так как митиленские послы снабдили корабль вином и ячменным хлебом и обещали щедро наградить гребцов, если они опередят первую триеру, то афиняне плыли с таким усердием, что на ходу ели хлеб, замешанный на вине и масле, и в то время как одни по очереди спали, другие гребли. К счастью, противного ветра не было вовсе, и первый корабль, шедший на необычайное дело, плыл, не торопясь, тогда как второй спешил, как сказано. Первый корабль опередил второй настолько, что Пахет прочитал постановление и собирался уже привести его в исполнение, как вслед за этим пристал к берегу второй корабль и не допустил до избиения митиленцев. Так едва-едва Митилена избежала опасности. Остальных граждан, тех, что были отосланы Пахетом, как наиболее виновных в восстании, афиняне, по предложению Клеона, казнили (их было немного больше тысячи человек). Стены Митилены были срыты, корабли отобраны. Впоследствии афиняне не наложили фороса на лесбосцев, но образовали из их земель, кроме мефимнейской, три тысячи наделов; из них триста отделили и посвятили богам, а на остальные отправили из среды своих граждан клерухов по жребию. Лесбосцы сами обрабатывали свою землю и должны были выплачивать деньгами клерухам ежегодно за каждый надел по две мины. Афиняне отобрали также и все небольшие города на материке (Прим.: На материке – подразумевается западное побережье Малой Азии.), какие были во власти митиленцев; эти города впоследствии подчинены были афинянам. Таковы были события на Лесбосе.
Перев. Ф. Г. Мищенко – С. А. Жебелева.